Текст Наталья Крякина
Невозможно отрицать, что турецкое искусство (во всех его проявлениях) занимает важное место в сердце многих россиян. Мы без труда узнаём мелодии песен Таркана, переживаем за героев «Великолепного века» и мечтательно всматриваемся в силуэт крыш Стамбула, если видим их на экране телефона… но насколько хорошо мы знаем ту Турцию, которая скрывается за пределами популярных образов? Ведь за общим флером восточного очарования скрывается многовековая художественная традиция, полная неожиданных сюжетов, символов и ремесленных секретов. И если кажется, что о Турции уже сказано всё, её искусство готово рассказать совсем другую историю — тонкую и драгоценную, древнюю и при этом вполне понятную современному зрителю.
Что турецкому сердцу (и глазу) мило. Основные темы и сюжеты
Поскольку мы существуем в современности, где культуры разных стран вне зависимости от происходящего на политической арене все теснее переплетаются друг с другом, в первую очередь интересно обратиться к современному турецкому искусству. Поверьте, это будут далеко не только тканые ковры, керамические изделия, которые привозишь из отпуска в Стамбуле, и картины с видами на Айя-Софию!
Чтобы лучше понять современное турецкое искусство — и в том числе мозаику, — стоит ненадолго заглянуть в его прошлое. Турецкая культура складывалась на перекрестке множества миров: здесь встретились наследие Византии, традиции арабского Востока, Закавказья, античного Средиземноморья и сельджукских государств. Из этого многоголосия родился узнаваемый художественный язык, который и сегодня легко считывается в работах современных авторов.
Конечно, разом охватить все многообразие современной турецкой культуры практически невозможно. Однако, по нашему мнению, её все-таки можно было бы хотя бы частично передать через слово «поиск» — поиск между Востоком и Западом, между памятью и надеждой на будущее. В конце концов, между индивидуальным и массовым; практически каждый художник рано или поздно сталкивается с необходимостью решить, что его волнует больше и к какому зрителю он обращается.
Один из основных аспектов исторических изысканий турецких творцов — это трудная тема наследия Османской империи. Она так или иначе присутствует практически во всех художественных сферах, которые развивают в Турции. Современные художники прорабатывают её через искусство каллиграфии и орнамента, а также традиции живописи, ткачества и создания керамики. Тем не менее, даже такую масштабную, буквально эпохальную тему можно затронуть в картине, вышивке, мозаике о судьбе одного здания или одного человека.
Сильна в Турции и традиция миниатюры, эволюционировавшей из средневековых книжных вставок в изящные (в том числе модернистские) произведения, которые могут быть исполнены и в столь близких нам мозаичных техниках. Современные произведения, вдохновлённые миниатюрами, вы узнаете по высокой контрастности, насыщенным красным и синим оттенкам, золотым акцентам и прихотливым графичным завиткам.
Наконец, огромную роль для турецкого творческого наследия и тех, кто погружается в него сегодня, играет архитектура. Стамбульские улицы и переулки веками украшали геометрические орнаменты, растительные мотивы и цветные изразцы — вы наверняка видели хотя бы кусочек этой монументальной красоты, даже если никогда не выходили на жаркие улицы турецкой столицы. В это может быть трудно поверить, но все эти тюльпаны, ирисы и виноградные лозы буквально пережили столетия!
Чтобы лучше понять современное турецкое искусство — и в том числе мозаику, — стоит ненадолго заглянуть в его прошлое. Турецкая культура складывалась на перекрестке множества миров: здесь встретились наследие Византии, традиции арабского Востока, Закавказья, античного Средиземноморья и сельджукских государств. Из этого многоголосия родился узнаваемый художественный язык, который и сегодня легко считывается в работах современных авторов.
Конечно, разом охватить все многообразие современной турецкой культуры практически невозможно. Однако, по нашему мнению, её все-таки можно было бы хотя бы частично передать через слово «поиск» — поиск между Востоком и Западом, между памятью и надеждой на будущее. В конце концов, между индивидуальным и массовым; практически каждый художник рано или поздно сталкивается с необходимостью решить, что его волнует больше и к какому зрителю он обращается.
Один из основных аспектов исторических изысканий турецких творцов — это трудная тема наследия Османской империи. Она так или иначе присутствует практически во всех художественных сферах, которые развивают в Турции. Современные художники прорабатывают её через искусство каллиграфии и орнамента, а также традиции живописи, ткачества и создания керамики. Тем не менее, даже такую масштабную, буквально эпохальную тему можно затронуть в картине, вышивке, мозаике о судьбе одного здания или одного человека.
Сильна в Турции и традиция миниатюры, эволюционировавшей из средневековых книжных вставок в изящные (в том числе модернистские) произведения, которые могут быть исполнены и в столь близких нам мозаичных техниках. Современные произведения, вдохновлённые миниатюрами, вы узнаете по высокой контрастности, насыщенным красным и синим оттенкам, золотым акцентам и прихотливым графичным завиткам.
Наконец, огромную роль для турецкого творческого наследия и тех, кто погружается в него сегодня, играет архитектура. Стамбульские улицы и переулки веками украшали геометрические орнаменты, растительные мотивы и цветные изразцы — вы наверняка видели хотя бы кусочек этой монументальной красоты, даже если никогда не выходили на жаркие улицы турецкой столицы. В это может быть трудно поверить, но все эти тюльпаны, ирисы и виноградные лозы буквально пережили столетия!
Во второй половине XIX века турецкая интеллигенция всё громче выступала за обновление культурной жизни страны и освобождение искусства от жёстких рамок. Художники начали смотреть на Запад — прежде всего на Францию, которая в то время задавала тон всей европейской художественной сцене.
От преданий до современности: истории и персоналии
Говоря о турецком искусстве, важно помнить: на протяжении многих веков художник здесь работал совершенно иначе, чем в европейской традиции. Исламская культура с осторожностью относилась к изображению людей и животных, поэтому древние изобразительные традиции касались в основном линий, оттенков и орнаментов. Именно поэтому первыми настоящими звездами турецкого художественного мира были мастера декоративного искусства. Мы не знаем имён многих из них, но созданный ими художественный язык оказался удивительно долговечным — и сегодня особенно дорог в том числе нам, иностранным мозаичистам.
Во второй половине XIX века турецкая интеллигенция всё громче выступала за обновление культурной жизни страны и освобождение искусства от жёстких рамок. Художники начали смотреть на Запад — прежде всего на Францию, которая в то время задавала тон всей европейской художественной сцене. По сути, именно в это время начался сложный, но очень плодотворный диалог культур.
Настоящий импульс развитию художественной среды дала младотурецкая революция 1908 года. Вскоре было создано Общество художников — организация, которая впоследствии превратится в Союз турецких художников и сыграет заметную роль в формировании профессионального художественного сообщества страны. С тех пор художественная жизнь Турции буквально забила ключом и не останавливалась даже в годы Первой мировой войны.
После провозглашения Турецкой Республики искусство пережило настоящий подъём. В 1923 году появился Союз новых художников, а уже через год на крупной выставке в Стамбуле зрители увидели произведения, посвящённые пейзажам Анатолийского полуострова, жизни простых людей и турецкой деревне. Художники всё чаще обращались к собственной стране как к источнику вдохновения.
В 1929 году возник Союз независимых художников и скульпторов, объединивший молодое поколение авторов, многие из которых учились в европейских академиях и привезли домой увлечение новейшими художественными течениями. В турецкое изобразительное искусство вошли отголоски импрессионизма и футуризма, открытия Сезанна, Матисса, Леже и Пикассо. Турецким художникам, скульпторам и деятелям прикладного искусства того времени удалось заложить основы того синтеза искусств, который стал привычен нашему глазу и чувству прекрасного.
Во второй половине XIX века турецкая интеллигенция всё громче выступала за обновление культурной жизни страны и освобождение искусства от жёстких рамок. Художники начали смотреть на Запад — прежде всего на Францию, которая в то время задавала тон всей европейской художественной сцене. По сути, именно в это время начался сложный, но очень плодотворный диалог культур.
Настоящий импульс развитию художественной среды дала младотурецкая революция 1908 года. Вскоре было создано Общество художников — организация, которая впоследствии превратится в Союз турецких художников и сыграет заметную роль в формировании профессионального художественного сообщества страны. С тех пор художественная жизнь Турции буквально забила ключом и не останавливалась даже в годы Первой мировой войны.
После провозглашения Турецкой Республики искусство пережило настоящий подъём. В 1923 году появился Союз новых художников, а уже через год на крупной выставке в Стамбуле зрители увидели произведения, посвящённые пейзажам Анатолийского полуострова, жизни простых людей и турецкой деревне. Художники всё чаще обращались к собственной стране как к источнику вдохновения.
В 1929 году возник Союз независимых художников и скульпторов, объединивший молодое поколение авторов, многие из которых учились в европейских академиях и привезли домой увлечение новейшими художественными течениями. В турецкое изобразительное искусство вошли отголоски импрессионизма и футуризма, открытия Сезанна, Матисса, Леже и Пикассо. Турецким художникам, скульпторам и деятелям прикладного искусства того времени удалось заложить основы того синтеза искусств, который стал привычен нашему глазу и чувству прекрасного.
Турецкие художники XXI века редко обращаются к декоративным практикам ради красоты как таковой. Их гораздо больше интересует человек — его тревоги, перемещения, сомнения и надежды. Поэтому среди ключевых тем современного искусства Турции вновь и вновь возникают вопросы миграции, идентичности, личных отношений отдельных турков с традиционным укладом и стремительно меняющегося пространства.
Особенно интересно наблюдать, как художники ведут диалог с собственной культурой. Для кого- то из них она становится источником силы, для других — системой ограничений, которую необходимо переосмыслить и предложить зрителям по-своему оспорить привычный уклад. Так, у фотографа Дженгиза Текина домашний интерьер становится метафорой транслируемого семьей давления, а отдельные предметы неожиданно начинают говорить о сложных отношениях между поколениями.
Особенно интересно наблюдать, как художники ведут диалог с собственной культурой. Для кого- то из них она становится источником силы, для других — системой ограничений, которую необходимо переосмыслить и предложить зрителям по-своему оспорить привычный уклад. Так, у фотографа Дженгиза Текина домашний интерьер становится метафорой транслируемого семьей давления, а отдельные предметы неожиданно начинают говорить о сложных отношениях между поколениями.
Не менее важен для турецкого искусства разговор о городе. Каким становится Стамбул в эпоху глобализации, как на это откликаются города поменьше? Что происходит с ощущением соседства, когда старые кварталы меняют свой облик? Что, в конце концов, будет с умирающими поселениями, бывшие жители которых стремятся к краскам, шуму и возможностям большого города? Художественный коллектив Od a Projesi еще в нулевых искал ответы на эти вопросы прямо на улицах — там, где человек сразу может выразить свое отношение к окружающей среде.
Еще одна тема, которая красной нитью проходит через многие проекты последних десятилетий, — преодоление границ, проходящие через них людские потоки. Например, художница Айше Эркмен исследует не столько сам факт миграции, сколько хрупкое состояние человека между двумя мирами, когда прежний дом уже остался позади, а новый еще не стал своим. Сама эмигрировавшая в Германию и продолжившая творить уже скорее в европейском культурном контексте, Айше уделяет большое внимание историям перемещенных людей и их попыткам сохранить свое наследие и идентичность.
Современные музеи и мозаики в них
Турецкое искусство вообще довольно редко предлагает готовые ответы (и так, пожалуй, было почти всегда) . Оно задает вопросы. И, надо сказать, за последние десятилетия появилось много новых площадок, подходящих для таких размышлений. Биеннале, музеи современного искусства, независимые галереи и арт-резиденции сформировали живую художественную среду, в которой соседствуют признанные мастера и молодые авторы. Сегодня Турция — это не только страна великих архитектурных памятников прошлого, но и территория активного художественного эксперимента.
Еще одна тема, которая красной нитью проходит через многие проекты последних десятилетий, — преодоление границ, проходящие через них людские потоки. Например, художница Айше Эркмен исследует не столько сам факт миграции, сколько хрупкое состояние человека между двумя мирами, когда прежний дом уже остался позади, а новый еще не стал своим. Сама эмигрировавшая в Германию и продолжившая творить уже скорее в европейском культурном контексте, Айше уделяет большое внимание историям перемещенных людей и их попыткам сохранить свое наследие и идентичность.
Современные музеи и мозаики в них
Турецкое искусство вообще довольно редко предлагает готовые ответы (и так, пожалуй, было почти всегда) . Оно задает вопросы. И, надо сказать, за последние десятилетия появилось много новых площадок, подходящих для таких размышлений. Биеннале, музеи современного искусства, независимые галереи и арт-резиденции сформировали живую художественную среду, в которой соседствуют признанные мастера и молодые авторы. Сегодня Турция — это не только страна великих архитектурных памятников прошлого, но и территория активного художественного эксперимента.
Среди музеев, которые мы от всего сердца советуем любому заинтересовавшемуся посетить в этой стране, — Стамбульский музей современного искусства (Ist nb a ul Modern), галерея Пилл, независимый музей современного искусства iS.C a M и Музей мозаики Большого дворца. Последний, кстати, буквально возведён на месте огромного комплекса с библиотеками, церквями, банями и другими постройками, между которыми змеилась сеть внутренних коридоров! Более того, в нём собраны сюжеты бытового характера, за которыми наблюдать даже ещё интереснее, чем за чем-то величественным (и как будто немного отдалённым) . Если будете в Стамбуле, не упустите шанс посетить этот музей — тем более что обычно там не так уж и многолюдно и вас никто не будет торопить.
Большой Ist nb a ul Modern, в свою очередь, — центр жизни, творческих потоков, обмена энергией и впечатлениями. Его громада возвышается на берегу Босфора, почти там же, где в него впадает залив Золотой Рог; в хорошую погоду можно подняться на крышу, с которой после погружения в детали произведений невероятно здорово окинуть взглядом стамбульские панорамы. Все этажи этого музея соединяет большая лестница, по которой удобно перемещаться от одной группы экспонатов к другой; есть и зрительный зал на больше чем 150 мест, образовательный центр, библиотека, кафе и магазин. Переступившим порог этого музея просто гарантирован как минимум целый день впечатлений и приятных переживаний!
Может быть, благодаря такой пестрой культурной картине и свободе творческого поиска Турция и остается средоточием флюидной, живой, постоянно развивающейся созидательной энергии? За знакомыми пейзажами Босфора, образами старинных мечетей и восточных базаров скрывается гораздо более сложная и многоголосая история — о том, как человек ищет свое место в мире, который меняется быстрее, чем делал это когда-либо прежде.
Большой Ist nb a ul Modern, в свою очередь, — центр жизни, творческих потоков, обмена энергией и впечатлениями. Его громада возвышается на берегу Босфора, почти там же, где в него впадает залив Золотой Рог; в хорошую погоду можно подняться на крышу, с которой после погружения в детали произведений невероятно здорово окинуть взглядом стамбульские панорамы. Все этажи этого музея соединяет большая лестница, по которой удобно перемещаться от одной группы экспонатов к другой; есть и зрительный зал на больше чем 150 мест, образовательный центр, библиотека, кафе и магазин. Переступившим порог этого музея просто гарантирован как минимум целый день впечатлений и приятных переживаний!
Может быть, благодаря такой пестрой культурной картине и свободе творческого поиска Турция и остается средоточием флюидной, живой, постоянно развивающейся созидательной энергии? За знакомыми пейзажами Босфора, образами старинных мечетей и восточных базаров скрывается гораздо более сложная и многоголосая история — о том, как человек ищет свое место в мире, который меняется быстрее, чем делал это когда-либо прежде.
